И это - просто чудовищно! Это - катастрофично! - Он вытащил смятый платок и промокнул моментально вспотевшее лицо и протер очки. - Это нелепо, но это факт! Ничтожнейшие сопли просто текут себе, и все тут! Но почему, почему?! - взвыл доктор. - Это как рак, это как СПИД. Причины возникновения - тоже неизвестны. А значит, и методы лечения - в совершеннейших потемках... Короче, - резюмировал он с полным отчаянием в голосе. - Это - ужасная болезнь. Она неизлечима. И когда-нибудь она приведет человечество к гибели.

- Есть разные болезни, друг Горацио, что и не снились нашим мудрецам, - съязвил Турецкий.

- Вот именно, именно, - оживился доктор. - Вот, например, ваш генеральный прокурор. Вот что с ним такое может быть?

- Генеральный болен, - хладнокровно ответил Турецкий, отметив про себя, что ничего иного он бы не смог сказать ни святой инквизиции, ни под пытками в гестапо, ни на допросе первой степени в ФБР. Возможно, просто потому, что это было правдой. Отсутствие генерального в последний месяц стало уже притчей во языцех.

- Болезнь генерального, по-видимому, довольно деликатного свойства. Доктор запустил еще один пробный шар. Но Турецкий только пожал плечами.

Из поликлиники он уехал с твердым решением даже близко не подходить к аптечным киоскам и на корню отверг все последующие атаки жены с целью домашнего самолечения.

И тем не менее пора было возвращаться к своим баранам. То есть к своим сафронам. Турецкий достал из шикарной зеленой кожаной папки (подарок секретарши, питавшей несомненную слабость к кожаным вещам) пару листов со своими каракулями. Из которых любой нормальный, далекий от почерковедческой экспертизы человек смог бы вычитать только одно слово: Сафронов. (Оно было жирно подчеркнуто два раза. Турецкий секунду подумал и подчеркнул еще раз.) Впрочем, гомо сапиенс, обладающий зачатками интуиции, после нечеловеческого напряжения, возможно, перевел бы и следующую фразу: "Начальник следственного отдела УВД Центрального административного округа".